Материал подготовили: Александр Закатов, Владимир Хутарев-Гарнишевский
Великая княгиня Мария Романова. Быть русской
Моя Россия
22.09.16 / 06:06
Возможно ли сохранение наследия без неподдельного чувства исторической и культурной преемственности, не профессионального изучения или заученного знания, а именно пронизывающего всё естество человеческое ощущения собственной тождественности, причастности великой российской цивилизации? Ответ отрицательный, ибо не существует наследие без наследника. Многие русские люди в эпоху революции и гражданской войны были вынуждены покинуть своё Отечество физически. Но они не разорвали духовную, культурную связь с Россией. Трагическая история связана с Домом Романовых, обезглавленным в 1918 году с расстрелом последнего царя Николая II с семьей и его брата Михаила. Части семьи Романовых удалось уехать в эмиграцию, включая Великого князя Кирилла Владимировича, следующего в очереди престолонаследия. После падения советской власти Российский Императорский Дом благополучно вернулся на родину, Романовы получили гражданство Российской Федерации. Сейчас его возглавляет Её Императорское Высочество Великая княгиня Мария Владимировна. Она неоднократно посещает Россию, активно участвует в общественной и культурной жизни страны, участвует в обсуждении социально-важных проблем. Великая княгиня ответила на вопросы издания «Россiя. Наследие» о своем личном восприятии российского культурного наследия и деятельности по его популяризации и сохранению.

Россия. Наследие: Ваше Императорское Высочество, с одной стороны, как русский человек, выросший и получивший образование в эмиграции, с другой – как потомок царского рода, скажите, что для Вас есть русская культура?

Великая княгиня Мария Романова: Русская культура есть драгоценное достояние России и всего человечества. Великие произведения наших поэтов и писателей, композиторов, художников, архитекторов и скульпторов, артистов и музыкантов укрепляют дух всех, кто осознает свою принадлежность к всероссийской цивилизации, и обогащают представителей других цивилизаций.

Мы долго живем в зарубежной среде, и круг нашего общения с иностранцами чрезвычайно широк. Среди них есть не только те, кто хорошо относится к нашей стране, но и те, кто ее критикует, кто видит в ней конкурента своей родины. Но если человек по-настоящему знаком с русской культурой, он не может быть врагом России. Политическим оппонентом, критиком тех или иных сторон нашей жизни – да, может. Но не врагом и ненавистником. А когда нет ненависти, появляется почва для диалога, в ходе которого стороны относятся друг к другу с пониманием и способны преодолевать проблемы мирно и спокойно, в духе взаимоприемлемого компромисса.

Так что русская культура – это не только духовная пища для нас самих, но и наше мощное средство для взаимодействия с окружающим миром.

Страстной монастырь на Тверской

Р.Н.: Вы часто путешествуете по России, в том числе и по «глубинке», какие достижения и проблемы в сфере сохранения наследия бросаются в глаза? Какие архитектурные памятники произвели на Вас самое сильное впечатление?

М.Р.: Нашему поколению посчастливилось стать свидетелями возрождения веры и восстановления многих памятников нашей духовности и культуры. Во время первых моих визитов на Родину в начале 1990-х годов я видела, в каком состоянии находится большинство храмов и монастырей. Я сказала тогда патриарху Алексию II: «Ваше Святейшество, как же Вы будете всё это восстанавливать? Даже если государство всё вернет Церкви. Это же часто просто груды кирпичей». Патриарх ответил: «С Божией помощью всё восстановим». И время подтвердило справедливость его слов.
Сейчас многие оскверненные и поврежденные святыни отреставрированы, а уничтоженные – воссозданы.

Храм Спаса-на-Сенной в Санкт-Петербурге

Знаю, что есть намерения продолжать этот процесс. Реставрировать сохранившееся необходимо, и здесь, полагаю, серьезных споров быть не может. Что касается воссоздания, то по этому вопросу ведется дискуссия: нужно ли, по сути, заново строить «новоделы»? Конечно, необходим разнообразный подход. Абсолютно всё возродить невозможно, да и не нужно. Но некоторые особенно значимые памятники следует вернуть к жизни. Для многих современников они будут ощущаться «новоделами», но следующие поколения начнут воспринимать их всё более исторично.

Чудов монастырь во время коронации Николая II

Я говорю о таких шедеврах архитектуры как Чудов и Вознесенский монастыри в Кремле, храм Успения на Покровке, Сухарева башня, Страстной монастырь, Красные Ворота в Москве, храм Спаса-на-Сенной в Санкт-Петербурге… Аналогичные строения-символы, конечно, существуют не только в столичных городах, но по всей России. Это храмы, мечети, синагоги и дацаны, строения гражданской и военной архитектуры, некрополи. Они даже своим внешним видом создают духовно-культурный ландшафт.

Конечно, требуется время, чтобы воссозданные строения стали производить такое же или подобное впечатление, как и сохранившиеся исторические памятники. Там, где ощущается дух предшествующих эпох, впечатления совершенно непередаваемые. Я даже затрудняюсь ответить, что меня вдохновило или поразило больше. В каждом священном месте переживаешь соприкосновение с великим прошлым по-особенному, во всем неповторимом сочетании красоты и погружения в атмосферу эпох.

Палаты бояр Романовых в Зарядье

Р.Н.: От семьи Романовых в России осталось значительное архитектурное наследие. В частности сохранился дворец Великого князя Владимира Александровича недалеко от Зимнего дворца. Бываете ли Вы в бывших домах, имениях Ваших предков? Контактируете ли с современными собственниками, с организациями, которые там размещаются?

М.Р.: Да, уже с первых визитов на Родину нам показывали не только государственные Императорские резиденции, но и некоторые частные владения наших предков. Где-то размещены музеи и другие учреждения культуры, а где-то и иные организации – образовательные, муниципальные и т.п. Например, в доме моего прадедушки великого князя Владимира Александровича в Царском Селе сейчас Дворец бракосочетаний, а в петербургском доме дедушки - государя Кирилла Владимировича – детский сад. Мы рады, что эти строения содержатся в хорошем состоянии и служат соотечественникам. Они в надежных руках. Больно видеть, когда некоторые здания находятся в заброшенном и руинированном состоянии, как, например, дворец в Ропше. Но, уверена, постепенно будет наведен порядок и там.

Р.Н.: Какие культурные и исторические проекты сейчас ведёт или в каких участвует Российский Императорский Дом? В чем их уникальность?

М.Р.: Об уникальности я судить не берусь. Это должны оценить другие люди. Мы следуем традициям нашей семьи, используем опыт наших предков в области поддержки просвещения, культуры и образования и стараемся адоптировать его к современным условиям и требованиям. Учитываем и практики, с которыми смогли ознакомиться в других странах. Думаю, каждый проект, независимо от того, кто ему покровительствует или им руководит, является по-своему уникальным, если делается с любовью и жертвенностью. Сразу скажу, что пока, по моему мнению, сделано еще мало. Мы только в начале пути. Но все-таки, хотела бы с благодарностью к людям, которые нам помогают, отметить несколько начинаний.

Великий князь Кирилл Владимирович. Фото 1907 г.

«Фондом поддержки и развития образования, творчества, культуры» в сотрудничестве с моей Канцелярией и «Императорским Обществом Дома Романовых», созданным при участии Канцелярии, проводятся конкурсы для молодежи, а теперь и для представителей старших поколений, в частности, конкурс исторических сочинений «Живая связь времен» и конкурс «Правовая культура – основа гармоничного развития личности и общества». Каждый год совместно устраиваются встречи, концерты, торжественные акты.

Российским союзом писателей учреждена состоящая под моим покровительством премия «Наследие» и организуется ставший традиционным ежегодный литературный конкурс на ее соискание. Почти в каждом регионе России, которые я посещаю, я встречаю писателей и поэтов, которые участвовали в этом конкурсе или готовятся к участию. Промежуточные итоги конкурса подводятся в разных городах. Такие акции уже состоялись в Костроме и Рязани, дальше география будет расширяться. Акты объявления имен лауреатов проходят в Москве, в Центральном Доме Литераторов.

Великий князь Владимир Кириллович и Великая княгиня Леонида Георгиевна

Моя Канцелярия сотрудничает с Музеем им. преподобного Андрея Рублева, где проводится акция «Белый цветок» по сбору средств на помощь нуждающимся и на восстановление памятников культуры. Там же проходит цикл бесед «Живое наследие памяти», способствующий сохранению истории родов, осмыслению истории России через призму судеб людей и семей.

Императорские Ордена, которые являются почетными корпорациями, участвуют в культурно-просветительской работе. Например, кавалеры Императорского Военного Ордена Святителя Николая уже много лет занимаются благоукрашением древнего Покровского собора в Измайлово. Бывают и отдельные акции по возвращению Церкви ее святынь или созданию новых икон в традициях русской иконописной школы, передачи в государственные, церковные и муниципальные музеи экспонатов из частных коллекций, в которых участвуют кавалеры Императорских Орденов.

Цесаревич Георгий Михайлович у Вечного Огня на Пискаревском кладбище

Вошла в традицию акция «Подарок – благотворение». В праздничные и памятные дни, связанные с историей и нынешней жизнью Российского Императорского Дома, по моей просьбе соотечественники осуществляют сбор средств на то или иное благое дело, что я рассматриваю как самый дорогой и приятный подарок мне и моему сыну. Нередко эти сборы проводятся для реставрации или строительства храмов.

Моими сотрудниками издаются книги, посвященные прошлому России и нашего Дома, изучению идей и духовных ценностей всероссийской цивилизации. Канцелярия участвует в различных научных и общественных конференциях, круглых столах, мемориальных собраниях и акциях. Ведем мы диалог и обмен мнениями с государственными и церковными учреждениями культуры и общественными организациями, занимающимися сбережением природного и культурного наследия. Добрые отношения и взаимодействие у моей Канцелярии сложились с Императорским Православным Палестинским Обществом, с Российским Военно-Историческим Обществом, с Всероссийским обществом охраны памятников истории и культуры, с Российским Дворянским Собранием, с благотворительным фондом «Возрождения культурного наследия», с Союзом Православных Женщин, с архангельским фондом «Император» и многими другими. Все эти организации – и большие, и малые, и давно существующие, и возрожденные, и созданные в наше время объединены общей целью, которая составляет суть служения и нашего Дома – сохранение преемственности в истории.

Великий князь Георгий Михайлович в детском хосписе

Р.Н.: Вы постоянно живете в Мадриде. По Вашим наблюдениям, чем облик, дух южноевропейского города отличается от облика российского?

М.Р.: Облик городов и селений определяется национальным менталитетом и характером каждого народа. Даже сейчас, в эпоху глобализации, стандартная архитектура, заполонившая мир, все же несет на себе некий национальный отпечаток. В то же время, у мегаполисов в любой стране много общего – суета, утрата идентичности, более тяжелая эмоциональная атмосфера. А в маленьких городах больше сердечности и душевности, гостеприимства и доброжелательства. Это всё можно наблюдать где угодно. Просто нам ближе наше, российское. Когда-то оно было недостижимой мечтой и несколько идеализировалось. Родители мне всегда говорили, что в России всё самое лучшее – и леса, и поля, и реки, и моря, и храмы, и дворцы. И даже арбузы самые большие и огурцы самые вкусные. Когда мы получили возможность вновь бывать на Родине то, конечно, увидели, что есть что-то лучшее, а что-то и не так уж блестяще обстоит. Но для нас русская специфика не становится от этого менее родной.

Дворец великого князя Владимира Александровича на Английской набережной в Санкт-Петербурге. Фасад.

Р.Н.: До революции 1917 года в России существовало Императорское Археологическое общество, значительная часть деятельности которого была посвящена сохранению памятников. Нет ли планов возродить эту организацию?

М.Р.: Это очень серьезное и ответственное дело, требующее решения археологического научного сообщества и существенной государственной поддержки. Одной лишь общественной инициативой тут не обойтись. У Императорского Дома, как Вы сами понимаете, сейчас нет тех средств и ресурсов, которые существовали до революции. Но если такое намерение появится и начнет осуществляться, я и мой сын Великий князь Георгий Михайлович с радостью окажем этому проекту всю помощь, какая в наших силах и возможностях.

Дворец великого князя Владимира Александровича на Английской набережной в Санкт-Петербурге. Интерьер.

Р.Н.: Как Главе Императорского Дома и как гражданину России, какие меры по сохранению исторического и в первую очередь архитектурного наследия Вам представляются первостепенными?

М.Р.: Безусловно, нужно уделять больше внимания культуре, совершенствовать законодательную базу, увеличивать государственное финансирование и, в особенности, всемерно поощрять меценатство. Государство не может решить все вопросы, но оно способно создать условия, чтобы гражданам было почётно, удобно, безопасно и выгодно вкладывать средства в восстановление поврежденных и разрушенных памятников, в другие социокультурные проекты. Не менее важно со школьной скамьи воспитывать в молодых поколениях любовь к историческому наследию и его глубинное понимание, давать разносторонние знания о нем. Иначе все наши усилия пойдут прахом, и всё, что мы восстановили, может опять подвергнуться риску разрушения или забвения. И еще всех прошу помнить, что, восстанавливая наследие 1000-летней дореволюционной истории, мы не должны уподобляться большевикам, когда-то насаждавшим свою идеологию и символику жестокими и зачастую варварскими методами. Нельзя даже самое хорошее и справедливое по нашему убеждению дело проводить в жизнь насильно, в порядке реванша, обижая и унижая людей иных взглядов. Этим мы добьемся только обратных результатов. Лишь то, что стало результатом кропотливой просветительской работы, проводимой с любовью и уважением к окружающим, обеспеченной разумными аргументами и объективной информацией, окажется по-настоящему прочным и долговечным.

Поделиться: