Жемчужина Липецкой земли
Вера
29.12.17 / 07:07

Это удивительное строение, сотканное из тончайших кружев веневского камня, поражает воображение каждого, кто хоть когда-то путешествовал по дороге от старинного Данкова до Куликова поля. В небольшом селе Берёзовка Липецкой области находится шедевр русского зодчества, увековечивший в себе славу сразу о нескольких замечательных людях. Церковь Димитрия Солунского в селе Берёзовка является малоизвестным творением архитектора Александра Никаноровича Померанцева, подарившего столице России великолепное здание ГУМа. Главный магазин Москвы и храм в небольшом селе Липецкой области связывает неразрывная нить единства стиля, общности инженерных решений и схожести архитектурного убранства. Но, в отличие от ГУМа, находящегося в идеальном состоянии, храм в Берёзовке существует только за счет энтузиазма местных жителей и меценатов. Мало кто знает, но еще 100 лет назад этот величественный собор выглядел совершенно иначе: еще краше и оригинальнее. Каким образом столь масштабное сооружение появилось в небольшом российском селе? Как выглядел храм до того, как его осквернили советские власти? С хозяином какой знаменитой усадьбы, находящейся неподалеку, связаны идея возникновения храма и его последующее строительство? Что сейчас происходит с церковью Димитрия Солунского?

Строительство храма в Берёзовке было инициативой Юрия Степановича Нечаева-Мальцова – одного из самых богатых людей того времени, по праву заслужившего себе славу мецената. Роскошный усадебный комплекс Нечаевых в Полибино находится всего в нескольких километрах от Берёзовки. Когда неурожайный 1891 год принес в поселение голод, Нечаев-Мальцов начал безвозмездно снабжать его жителей хлебом и продуктами. Только благодаря участию мецената голод удалось остановить. В знак огромной благодарности доброму помещику, спасшему жителей деревни от неминуемой гибели, березовцы возвели в честь Нечаева деревянную часовню-памятник.

Юрий Степанович был до глубины души тронут столь искренним проявлением благодарности. Он пообещал, что в скором времени при его содействии в Берёзовке будет возведен каменный храм. В конце XIX века Берёзовка была крупной деревней. Однако своего храма у ее жителей не было. Березовцам приходилось преодолевать несколько километров для того, чтобы попасть на церковные службы в другие села. Нечаев-Мальцов был прекрасно осведомлен о существовавшей проблеме и давно вынашивал идею строительства храма. Но его решение превратить Берёзовку в село имело под собой еще ряд веских оснований.

Отец Юрия Степановича, Степан Дмитриевич Нечаев, был знатоком истории Куликовской битвы. В своем имении в Полибино он открыл первый в мире музей, посвященный этому переломному событию в истории России. В фондах его коллекции хранились старинные летописные источники, повествующие о битве, предметы, найденные в ходе археологических раскопок на Куликовом поле, и прочие экспонаты, неразрывно связанные со славной победой русских войск в данном сражении. И усадьба Нечаевых, и Берёзовка расположены всего в нескольких верстах от знаменитого Куликова поля. Юрий Степанович решил, что прекрасный храм, возведенный в Берёзовке, станет не только украшением села и собственным приходом для его жителей, но и символом вечной памяти о воинах, отдавших свою жизнь в Куликовской битве. Вскоре Нечаев-Мальцов принял решение о скорейшем воплощении своих задумок в жизнь.

В 1893 году стало известно, что храм в Берёзовке будет возводиться по проекту известного русского зодчего Александра Никаноровича Померанцева. На тот момент Померанцев уже пользовался авторитетом в кругу российских архитекторов и занимал должность профессора архитектуры Санкт-Петербургской Императорской академии художеств.
В том же году состоялась торжественная закладка храма. На строительство новой святыни Нечаев-Мальцов не жалел ни денег, ни своего собственного времени. Он принимал активное участие в разрешении всех проблем и сглаживании острых углов, возникавших в ходе строительства. Это позволило команде строителей под руководством автора проекта вести работы максимально быстро, даже несмотря на многочисленные непредвиденные трудности.

К работе над созданием нового архитектурного шедевра Нечаев-Мальцов привлекал лучших мастеров того времени. Так, кровля храма Димитрия Солунского была спроектирована и сооружена по проекту выдающегося русского инженера Владимира Григорьевича Шухова. Таким образом, в Данковском районе Липецкой области находятся два значимых творения Шухова: его инженерные работы в Берёзовке и первая в мире башня гиперболоидной конструкции, которая была куплена Нечаевым-Мальцовым на промышленной выставке в Нижнем Новгороде и перевезена в Полибино.
Другим выдающимся деятелем русской культуры, оставившим свой след в создании храма, стал художник Виктор Михайлович Васнецов. Он создал шесть уникальных узоров, по образцам которых в храме были выполнены мозаики.
Освящение храма Димитрия Солунского состоялось в 1897 году. Новость об этом событии быстро распространилась по всей России, вызвав у многих людей, причастных к зодчеству и искусству, желание увидеть новое чудо архитектуры воочию. Современники так описывали свои первые впечатления от Дмитриевской церкви: «По красоте, богатству материалов и отделке всех внутренних и внешних принадлежностей она представляет собой необычную для сел редкость».

Особенную необычность храму придавал веневский известняк, из которого была построена его большая часть. Фасады храма были щедро декорированы в псевдорусском стиле – любимом архитектурном веянии Померанцева. Декор Дмитриевской церкви был прекрасной архитектурной фантазией зодчего, который вдохновлялся исконно русскими и византийскими канонами в убранстве храма. Но, несмотря на то что церковь была достаточно сильно декорирована, ее внешний вид не переставал быть легким, воздушным, почти кружевным.

Наиболее полные представления о том, как выглядел Дмитриевский храм до революции, могут дать воспоминания тех, кто присутствовал при его освящении, и отчетные документы того времени. Акт осмотра храма, датированный 1897 годом, гласит: «Церковь имеет вид базилики, из белого камня, покрыта цинковым железом с одною главою, обитой медью, и железным, обитым медью, позолоченным крестом. Неотделенная от церкви колокольня с тремя такими же главами и крестами. Длина сей церкви 60 аршин, ширина 30 аршин, высота ея с куполом и крестом 65 аршин. Имеет три входа с папертями и ступенями из гранита. Двенадцать окон, из них шесть на северной стороне и шесть на южной, кроме сего десять меньшего размера: шесть в алтаре, остальные четыре в ризнице и библиотеке».

Возводя храм, Нечаев-Мальцов позаботился и о необходимой инфраструктуре, поддерживающей и дополняющей его работу. Рядом с Дмитриевской церковью была построена церковно-приходская школа, в которой могли получить базовое образование все желающие жители Берёзовки. Школа разместилась в трех зданиях, построенных в 1897–1899 годах. Рядом с ней были также возведены три причтовых дома. При Нечаеве храм со всех сторон был окружен каменной оградой на массивном основании со столбами. Комплекс общественных, хозяйственных и светских построек, расположившихся около храма, был на удивление органичным и законченным.

К сожалению, сельчане недолго радовались новому храму. В стране грянула революция, нещадно уничтожая всё, что напоминало о былых идеологиях и устоях. Храм национализировали. В 1922 году из Дмитриевской церкви изъяли всю утварь, а в 1933-м церковь была закрыта. С этого времени началась история почти столетнего забвения храма. В 1960-е годы по сохранности церкви был нанесен сокрушительный удар: в ней решили открыть сельский клуб. Местные власти дали добро на проведение чудовищных «реставрационных» работ: храм обезглавили, разрушив его колокольни, мозаики уничтожили, а иконостас – разграбили. Местные жители, которые из поколения в поколение хранили добрую память о Нечаеве-Мальцове, относились к разрушению храма негативно и богобоязненно. По селу и в наши дни ходит предание о том, что все те, кто принимал участие в осквернении храма, вскоре погибли или умерли неестественной смертью.

Новый сельский клуб, разместившийся в бывшем храме, не был популярным среди жителей Берёзовки. Вскоре оскверненный храм начали использовать как хранилище для зерна и место для заготовки металлолома.
Порог нового века храм переступил в ужасном состоянии. Он разрушался на глазах, что делало опасным нахождение человека рядом с ним. Из множества построек, возведенных при церкви на средства Нечаева-Мальцова, частично уцелели только несколько корпусов бывшей воскресной школы и дом священника. Несмотря на то что в 1992 году Дмитриевскую церковь поставили на охрану как памятник истории и архитектуры, верующим ее передали лишь в 2002 году. Состояние храма было непригодным для проведения богослужений вплоть до 2005 года. Сперва местные жители приводили его в порядок своими собственными силами, а в 2008 году местный предприниматель Виталий Богданович Черногиль выделил средства на поддержание церкви в должном состоянии.

Нынешнее положение дел в храме не претерпело существенных изменений за последние восемь лет. Службы в нем проходят, но в небольшом, специально отведенном для этого помещении в цокольной части храма. Однако, даже несмотря на внутренние неудобства, церковь Димитрия Солунского в Берёзовке является местом паломничества для тысяч туристов. Сюда приезжают и те, кто хочет помолиться в старинном храме, и те, кто желает полюбоваться его необычайной красотой. Сейчас состоянию храма и пребыванию людей в его стенах ничего не угрожает.

Но реставрационные работы, призванные вернуть храму его первозданный внешний вид, просто необходимо провести в Берёзовке в ближайшее время. Это будет способствовать комфортному пребыванию прихожан в церкви, усилению потока туристов в Берёзовку и дальнейшему развитию туристической славы Липецкой области, а также внутреннего туризма. У шедевра архитектора Померанцева в Берёзовке есть все шансы для того, чтобы стать не менее узнаваемым архитектурным объектом, чем построенный им же кафедральный собор Святого Александра Невского в Софии.

Вадим Разумов

Поделиться: