Владимир Пирожок
Владимир Пирожок
Руководитель проекта «Россiя. Наследие»
КУЛЬТУРА И ВОЛЯ
Initium
29.12.17 / 03:03

«Воля к бездарности всегда есть боязливое приспособление к «миру». Воля к гениальности – дерзновенное преодоление мира», – считал Николай Бердяев. Культурное пространство обнаруживает множество примеров, подтверждающих правоту слов русского философа. Верные паладины от искусства – в большинстве своем бессребреники и отшельники, не знающие благодарности и наград. Да, собственно, не ради наград и премий живут эти люди. А ради умножения культурного богатства Отчизны, как бы высокопарно это ни звучало.

Вид на развалины церкви Рождества Христова у истока реки Шексны на Белом море
Вид на развалины церкви Рождества Христова у истока реки Шексны на Белом море
Вологодская область, Белозерский район, деревня Крохино

Русская провинция всегда была пристанищем, оплотом культурного подвижничества. И не только потому, что не сосчитать в столицах, где премии и гранты, фуршеты и банкеты замыкают пышные церемонии, не сосчитать желающих прибиться к покровителям и меценатам, кои не доезжают до глубинки. География подсказывает, но не объясняет. Любое противопоставление центра и регионов хромает. Но факт: надеяться в глубинке не на кого, кроме как на самих себя.

Примеров тому, что культурная доминанта давно переместилась в провинцию достаточно. В Москве – толстые литературные журналы, словно старушки-приживалки из пьесы Островского, влачащие жалкое существование. Они давно уступили пальму первенства по открытию талантов изданиям провинциальным, среди которых и «Бельские просторы», «Дон», и «Русское поле»в русскоязычном Кишиневе. Старейший и уважаемый журнал «Юность» – наглядное и грустное доказательство как низко пало звездное имя нашей литературы. А столичные премии? Несметно их число, шумный пиар веет вокруг каждой, но разве они открыли хоть одного Булгакова, Платонова, Казакова, Трифонова?

Константин Паустовский считал, что сердце, воображение и разум — вот та среда, где зарождается то, что мы называем культурой. Запомним священную триаду. И поговорим о культуре и воле, раскрепощающей оцепенение народное, высвобождающей огромный созидающий потенциал.

Ну а где вольнее живется? Понятно, за пределами транспортного кольца, где, по словам поэта, «простор и воля». В Первопрестольной свободность зачастую трактуют как вседозволенность. Отсюда и планово регулярные скандалы, сопровождающие премьеры новых-старых спектаклей и фильмов. Старых, поскольку их культурная составляющая – в следовании отжившим образцам европейского артхауса. Из бури в стакане запрограммированных пиар акций испаряется многовековая культура. Умалчиваем о художественности произведений искусства, но бурно дискутируем о масштабах авторской фантазии, который воспринимает запрет хулиганить на сцене как ограничение его свободы.

Неужели прав был русский философ Владимир Францевич Эрн, противопоставлявший культуру и цивилизацию?

Подмосковье. Рядом, буквально встык: «Лечебно-профилактическое учреждение гастроэнтерологической санаторий» и «Памятник истории и культуры Усадьба «Глинки». Только металлическая ограда разделяет рядовое учреждение и национальный шедевр, находящийся в забвении. Один из первых российских дворцово-парковых архитектурных ансамблей - пленительный и восхитительный, отданный новым хозяевам на потребу.

Некрасовская Карабиха, некогда славная своими праздниками, которые десятилетия организовывала замечательный знаток поэта Татьяна Полежаева. Так нет же, прошла перестановка кадров. И несмотря на протесты и воззвания общественности, захирела усадьба. Один из замечательных некрасоведов и краеведов Ярославской губернии – Григорий Красильников – директор филиала родового имения Некрасовых Грешнева ушёл в тень. И событие, праздник поэзии рассыпался, потерялся в суете.

Примеры печальные, но! Слава Богу, жива культура подвижниками, раздвигающими горизонты нашего национального самосознания, нашей духовной самобытности.

Директор Благотворительного фонда «Центр возрождения культурного наследия «Крохино» – Анор Рашитовна Тукаева организовала работу по спасению и консервации церкви Рождества Христова в истоке реки Шексны в Вологодской области. Храм уникален: барокко конца XVIII века, каменная трехпрестольная с Никольским и Петропавловским приделами. Расположенный у берега Белого озера, он был затоплен. Когда поднимали уровень воды при создании Волго-Балтийского водного пути из Рыбинского водохранилища к Онежскому озеру. Но подвижники спасли чудо-церковь и как град Китеж всплыла она над запустением, не желая сдаваться ни Лете, ни безжалостному времени.

Игорь Владимирович Сорокин . Называет он себя – свободный музейщик. На свой страх и риск создал и возглавил общественное движение «Музейная долина» в Саратове и выбрал для своего поля деятельности не центральную улицу, а так называемое городское дно – заросший овраг, куда спокон веков сваливали мусор, а в старых покосившихся лачугах до сих пор ухитряются жить бедолаги. Проект назвали «Музейной долиной», пытаясь выстроить вдоль местечка Глебовраг своеобразную «экспозицию» параллельной истории.
Здесь и первые поселения человека, относящиеся к каменному веку, и более поздний культурный слой ремесленников, которые селились вдоль русла реки. Сюда в конце XVIII века свалили тела казнённых пугачёвцев. Покоится у кладбищенского оврага рядом с другими репрессированными академик Николай Вавилов. Удивительны пересечения и параллели истории. В этих местах прошло детство знаменитых артистов Сергея Филиппова и Бориса Андреева.

Проект свободного музейщика одухотворил городское пространство, ставшее саратовской достопримечательностью. Выстроились в непосредственной близости мечети, православные храмы, синагога. Ожила «параллельная история», очнулся от глухого безвременья Глебовраг.
Музей Варлама Шаламова в Вологде тоже возник в буквальном смысле из ничего. Автор и руководитель – Любовь Кербут. Память о многострадальном гениальном русском писателе и мученике увековечена с почтением и поклонением бескорыстной энергией, мастерством этой женщины.

Всем миром создавали в селе Николе музей Николая Рубцова, восстановили церковь.
В Саранске ежегодно выходят книги, альбомы о великом скульпторе, мордовском самородке Степане Эрьзя. Сколь в них ума, глубины, вкуса безупречного. Не помешает редакторам столичных журналов поучиться у саранцев.

А вот ещё одна провинция, которую уже не стереть с литературной карты России – Александров, где на городской окраине возник музей Цветаевых, в местечке, где Анастасия Цветаева с мужем, инженером-путейщиком, Маврикием Минцем снимала дачу. Гостила у сестры и Марина, посвятившая Маврикию, прожившему недолгую жизнь, знаменитые строки: «Мне нравится, что вы больны не мной…

Из полуразрушенной избы вырос красавец-музей, а в здании бывшей фабрики Барановых красуется экспозиция «Александров – столица 101-го километра».

Культура высвобождает волю человека, побеждает забвение и преодолевает холод запустения. Какой же неравнодушный и талантливый народ пребывает у нас вдали от культурных центров, подтверждая, что не иссякла Россия бессребрениками и подвижниками.

Будем им признательны, благодарны, будем чаще напоминать себе, где простор и воля. Будем хранить бережно, оберегать нашу родную провинцию, которая и есть Россия.

Культура сердца, культура разума – вот настоящее раскрепощение воли народной, энергии поступательного движения по возрождению наследия России, а не спущенные портки на подмостках некогда большого и академического театра.

Великий подвижник и радетель культуры нашей Дмитрий Сергеевич Лихачев писал: «Культура представляет главный смысл и главную ценность существования как отдельных народов и малых этносов, так и государств. Вне культуры самостоятельное существование их лишается смысла».

Храним в себе истинность этого завета.

Поделиться: