Леонид Кондрашов
Леонид Кондрашов
Главный археолог Москвы
Олег Рыжков
Олег Рыжков
Руководитель АУИПИК
Вячеслав Фатин
Вячеслав Фатин
Президент Союза реставраторов России
Ирина Семенова
Ирина Семенова
Главный архитектор ЗАО «Росреставрация»
Андрей Аристархов
Андрей Аристархов
Генеральный директор АО «Реставрационные Компании»
Дмитрий Фесенко
Дмитрий Фесенко
Ответственный редактор портала «Россия. Наследие», член-корреспондент МААМ
Сергей Демидов
Сергей Демидов
Главный архитектор мастерской ЦНРПМ
Евгений Кокорев
Евгений Кокорев
Директор компании «АрКо»
Андрей Боков
Андрей Боков
Президент САР, действительный член РААСН и МААМ
Константин Михайлов
Константин Михайлов
Главный редактор сайта «Хранители наследия», член Совета при Президенте РФ по культуре и искусству
Владимир Хутарев-Гарнишевский
Владимир Хутарев-Гарнишевский
Научный редактор портала «Россия. Наследие», председатель Совета МГО ВООПИиК
Ирина Маркина
Ирина Маркина
Проректор Института искусства реставрации
Сохранение и приспособление: две стороны одной медали?
Дискуссия
17.02.16 / 20:08

Совместный проект Союза реставраторов России и портала РОССIЯ. НАСЛЕДИЕ собрал за круглым столом экспертов из разных профессиональных областей – реставраторов, архитекторов, историков, градозащитников. Заявленное название дискуссии, имевшее целью придание ей остроты и противопоставлявшее сохранение и приспособление как форм профессиональной работы с объектами культурного наследия, в ходе обсуждения было поставлено под сомнение. Однако этим дело не ограничилось: несмотря на дисциплинирующее воздействие модератора, главного археолога столицы Л.В. Кондрашова, обсуждение вышло далеко за оговоренные рамки.

Леонид Кондрашов, главный археолог Москвы:

«Об объектах культурного наследия как объектах недвижимости заговорили в 1920-е гг. В частности, тогда выходит инструкция Наркомпроса, которая делит все объекты на полезные и неполезные. Очевидно, к тому времени восходит проблематика использования-приспособления и консервации объекта в том виде, в котором он дошел до нас».

«В настоящее время разворачивается процесс замены статичной системы охраны памятников на динамичную модель управления и защиты культурных ресурсов. Насколько это окажется целесообразным – покажет время».

Олег Рыжков, руководитель АУИПИК:

«В здании АУИПИК планируется открыть образовательный центр, который имеет целью восполнить дефицит знаний в профессиональных областях. В том числе в сфере охраны культурного наследия».

«Без экономической целесообразности в деле сохранения памятников принципиального сдвига мы не дождемся».

Вячеслав Фатин, президент Союза реставраторов России:

«Мы направили предложение советнику Президента РФ В.Толстому относительно подготовки Концепции по сохранению и использованию объектов деревянного зодчества. Смысл не только в паспортизации или оценке затрат на реставрацию, но и в целеполагании: стоит ли объект восстанавливать и сохранять в «родных» условиях или лучше перенести его на территорию одного из 27 музеев-заповедников».

«Ситуацию, когда памятник воспринимается исключительно как расходная часть бюджета, необходимо менять. Объект культурного наследия – это точка роста для той же туристической отрасли, а значит – в перспективе источник дохода и для государства, и для бизнеса».

Ирина Семенова, главный архитектор ЗАО «Росреставрация»:

«В самом деле, нужна программа сохранения памятников деревянной архитектуры: что делать? Первое – обследование объектов культурного наследия по единой методике. Второе – определение очередности, или расстановка приоритетов. Третье – надо понять: эти объекты – реставрируются, те – подлежат консервации, наконец, последняя категория – обмеряются и уже вряд ли дождутся помощи. Напомню, что только в Архангельской области – 1010 культовых зданий».

Андрей Аристархов, генеральный директор АО «Реставрационные Компании»:

«С каждым годом необходимость в реставрационных работах растет, повышается уровень ответственности реставрационного цеха перед обществом. В этой связи наряду с небольшими реставрационными компаниями должны возрождаться крупные государственные объединения, способные охватить весь спектр, все стадии исследовательских, проектных и реставрационных работ».

Дмитрий Фесенко, ответственный редактор портала «Россия. Наследие», член-корреспондент МААМ:

«В настоящее время охрана наследия и реставрация находятся в центре внимания общественности и власти. Надо понимать, что эта улыбка судьбы носит недолговременный характер – механизм культуры работает бесперебойно. В этой связи надо успеть воспользоваться ситуацией. Обратной стороной подобного «режима наибольшего благоприятствования» оказывается сегодняшний ажиотаж вокруг данного раздела профессиональной деятельности – с вытеснением небольших реставрационных компаний крупными организациями, засильем гастарбайтеров, применением стройматериалов сомнительного качества и т.п.».

Сергей Демидов, главный архитектор мастерской ЦНРПМ:

«Мы нередко становимся свидетелями того, какой вред наносят памятникам отдельные представители церкви. Одно дело – покраска купола или фасада культового объекта: можно и перекрасить. Но ведь бывает, что выбрасывают иконостасы под предлогом их неканоничности, в результате чего гибнут уникальные объекты культурного наследия».

Евгений Кокорев, директор компании «АрКо»:

«Сегодня все чаще имеет место ситуация, когда на фоне памятника демонстрируются возможности заказчика, современной архитектуры и стройтехнологий и т.п. Особенно это характерно для особнякового фонда. Заказчик нередко приглашает дизайнера, под которого вынуждены подстраиваться остальные специалисты. И здесь единственный барьер – это предмет охраны. Что порождает свои проблемы: здесь – охраняем, а там – нет».

Андрей Боков, президент САР, действительный член РААСН и МААМ:

«У нас отсутствует культура того, что называется предпроектной стадией. Она не оплачивается. Тогда как в мире предпроектные исследования занимают значительное место. Это вопрос профессионализма».

«Есть опасность, что люди, которые занимаются реставрацией, увлекутся и станут заниматься бизнесом. И у них начнет меняться состав крови. Тогда как реставраторы – это люди миссии».

Константин Михайлов, главный редактор сайта «Хранители наследия», член Совета при Президенте РФ по культуре и искусству:

«Еще в советские времена шла дискуссия: что под что подстраивать – памятник под функцию или функцию под памятник? Каждый раз эксперты решали: конечно, второе. Но судя по тому, что дискуссия возникает вновь и вновь – на практике торжествует первый подход. При решении вопроса, какое «приспособление» допустимо – необходимо прежде всего исходить из формулировок закона: приспособление – это разновидность работ по сохранению памятника, т.е. оно должно обеспечивать его физическую сохранность. Как только проект выходит за эти рамки – значит, такое приспособление нельзя признавать законным и допустимым».

Владимир Хутарев-Гарнишевский, научный редактор портала «Россия. Наследие», председатель Совета МГО ВООПИиК:

«Очевидно, государство не в состоянии профинансировать необходимый объем реставрационных работ на памятниках. Меценатские и льготно-инвестиционные программы работают медленно – нет гарантий и заинтересованности инвесторов. В этой связи необходимо предоставить потомкам или родственникам дореволюционных владельцев – как лично, так и в форме фондов или объединений потомков – преимущественное право аренды памятников, требующих реставрации, по нулевой ставке, с обязательством проведения реставрационных работ и безвозмездной передачей их в собственность».

Ирина Маркина, проректор Института искусства реставрации:

«Одна из важнейших проблем, стоящих перед профессией реставратора – это определение предмета охраны. Есть примеры – тот же дом И.Жолтовского на Смоленской площади – когда в предмет охраны были занесены плинтусы и новые обои, в результате жильцы ничего не могли поделать с соответствуюшими охранными обязательствами. Бывают и противоположные примеры – ресторан «Колос» на ВДНХ, когда в предмете охраны значатся только фасады, при том что в здании сохранились дивные интерьеры».

Материал подготовил Дмитрий Фесенко

Поделиться: